Мне на ветру пронзающем, стоять,
Превознося Твое святое имя.
Померкнет солнце, звездам не сиять,
Вселенная заброшено остынет.
Падут на землю вечные суды,
За боль, что причиняем мы друг другу,
За то, что мы забыли кто есть Ты,
За тлен и запустение повсюду.
Но, знаю точно, от семи ветров,
На трубный голос, звонкий и щемящий,
Ты соберешь под свой отцовский кров,
Тех, кто любил любовью настоящей.
И для расправы с хитрым сатаной,
И для суда над развращенным миром
Ты в завершающий, открытый вступишь бой,
Над злом вселенским занесешь секиру.
Исход той битвы ясен нам давно:
В огне погибнуть злому суждено.
Господь-Отец, Тебя прославят дети.
Достоин эту славу Ты принять,
Воспетым будь гекзаметром, в сонете,
Рекой покорной стану изливать
Свою мечту в Твой океан безмерный,
И горести снесу к Твоим ногам.
Изменишь путь неправедный на верный,
Стопы направишь к вечным берегам.
Звучит мотив величественный, манит,
Поет с утра, как жаворонок ранний
В душе моей, слагая песнь ветров,
И я не жду не почестей, не званий,
Важнее для меня — Твоя любовь.
Я без Тебя ничто, пустое место,
Я пыль и прах, и звук пустой.
Но церковь Ты назвал своей невестой,
И я ее частица, Боже мой.
Лишь только Ты достоин прославления,
Создатель звезд и неба, и земли.
Гоню я прочь ненужные сомненья,
На свете нет сильней Твоей любви.
И если гордость затуманит сердце,
Прошу Тебя, напомнить мне о том,
Кем до того была твоя невеста,
Пока Ты не привел ее в свой дом.
А я была измученной, и грязной,
И по уши увязшая в грехах,
За прошлое не упрекнув ни разу,
Простил меня, и носишь на руках.
Я помню о падении Люцифера.
Не он ли был сверкающей звездой?
Не дай, Господь, перешагнуть барьера,
Не дай мне возгордиться, Боже мой.
— Опять она, — недовольно покачала головой кондуктор, увидев вошедшую в заднюю дверь троллейбуса пьяную, с синяками и ссадинами на лице женщину, одетую в помятую коричневую юбку и дырявую в нескольких местах бардовую кофту. – Ты меня, Райка, достала!
Я грешен, Отче,
Ты всё знаешь
И среди прочих,
отделяешь
Моё добро от чёрных дел
Да, всё не так, как Ты хотел
Я снова каюсь — Ты прощаешь
Прощаешь Ты,
простят ли те
Кому цветы
несут к плите
Их кровь взывает от земли
Их слишком рано погребли
В бездонной пустоте
Прощу ль себя
когда-нибудь
Что не скорбя
отрезал путь
Тем, кто любил и клялся
Их нет, а я остался
В геенне утонуть
Где мой палач?
Доколе тьма?
Душа, не плачь
Вокруг тюрьма
Я стон воззвал из Ада
Я Каин, вот награда
Со мною смерть сама
Благословляю палача
решетку, меч и плаху
Всего-то навсего, начать
и окропить рубаху
Тюрьма — бесовский монастырь
Где искупленье в звоне гирь?
Где злоба, там нет страха
Что мне года,
за смерть людей?
Лиха беда
Под свист плетей
Но крови её не смыть вовек
Не скор к распятью человек
Реши мой грех скорей
Благословляю палача, спасением души
Он принял грех, закон свершив
и болью заплатив
Благословляю суд земной и узы на года
Ты платишь малою ценой
смерть, смертию поправ
Есть в мире огромном,
за окнами вряд,
где жизней пульсируют токи,
окошко одно –
там подолгу не спят
седеющей мамы тревоги.
Немое в ночи:
«Как дела твои, сын?
Устал, измотали дороги?..”
Кружат без ответа
и путают сны
седеющей мамы тревоги.
И вновь хороводит
на цыпочках ночь.
Чтоб сон не вспугнуть ненароком,
тихонько шепнут:
»Как дела твои, дочь?”–
седеющей мамы тревоги.
От лет молодых
до глубоких морщин,
что жизнь прочертила до срока,
они нас хранят –
талисманы судьбы –
седеющей мамы тревоги.
автор Вера Гордеева.
Конкурс на самый оригинальный кулинарный рецепт на Планете Женщин.
Конкурс проводится с 15 июня по 15 июля. Пользователь, опубликовавший самый оригинальный кулинарный рецепт, получит денежный приз в размере 500 рублей.
Победитель будет объявлен 16 июля. Рецепты публикуем в раздел: Добавить новость, или на Форум сайта.
Стоит ли говорить о тюрьме на свободе? Когда нет решёток, когда ты «отсидел своё» и «чист»? Когда все те кто гнобил тебя за веру и поэзию далеко, за поволокой? Когда ты в тёплой, отдельной квартире и Господь уже ларовал тебе всё, о чём ты и не мечтал в зоне?
Стоит!
Рана отнятой жизни и социальной преисподней не заживёт, да и не рана это уже, а крест.
Как небо чисто скромным недеяньем
И волку жить клыками суждено
Свободной волей, словно оправданьем
Людское бытие награждено
И как парить орлу под небесами
Как рыть кроту тоннели под землёй
Так мы творим свою свободу сами
Пройдя между цепями и петлёй
Господь не лгал нам ради воспитанья
Зачем же мы, умасливая блажь
Становимся рабами оправданья
Воспитывая в детях эпатаж?
А чистотою детство видит ложность
Не бедокурит зря и повторяет шаг
Пусть в нашем оправданье осторожность
Но в искренности юной всё не так
Менялась жизнь от века и до века
И Правда билась с глупостью и злом
Не каждый оставался человеком
Бытуя между волком и козлом
Нас небо не продаст и не закупит
С ним невозможны сделки и торги
Но человек упрямо цену лупит
За душу, сердце, тело и мозги
Что стоит твоя жизньперед бессмертьем
За что готов отдать, если готов?
Свой ровный быт отгородив неверьем
Не скрыться от волков или козлов
Что может возвышено свободней
Когда тебе позволено решать
И блажь воззвать из мёртвой преисподни
И кротко в Церкви к Господу воззвать
Храм Рождества Христова в ФБУ ИК 4 г.Вязники, Владимирской обл.